Основная сложность, с которой мы сталкиваемся при организации летнего отдыха — необходимость раннего бронирования намеченных мероприятий. Особенностью Германии является то, что здесь всё надо делать заблаговременно, часто даже за год до даты приезда. Однако никакой гидрометцентр не в состоянии в марте, апреле или мае точно сказать, какая погода будет 28-го июня в Люнебурге. Единственное, что мы знаем точно, это — летний день, практически середина лета. В этот день, скорее всего должно быть тепло, тем более в Германии. Исходя из этих предположений, мы ещё в марте забронировали на сегодняшний день посещение бассейна на открытом воздухе, но выйдя из автобуса, поняли, что утверждение «у природы нет плохой погоды, каждая погода — благодать» сегодня звучит для нас, как издёвка. На улице пасмурно, моросит мелкий дождь, дует ветер, а нам — раздеваться и в воду!
Виталий Никитин:
«Сегодня с утра мы поехали в открытый бассейн. Мы приехали, а погода была прохладная, но мы всё равно пошли в бассейн. Первый прыжок в воду был немного трудный из-за перепада температур. Всё было неплохо. Мы прыгали и плавали брасом, кролем и на спине. Но вдруг нам говорят, что надо уходить из-за погоды».
Алексей Каликсон:
«На завтраке Вадим Александрович не стал скрывать, куда мы сегодня поедем. Мы поехали в новый бассейн под открытым небом. Поначалу всё шло нормально, но педагоги и дирижёр не учли того, что вода в аквапарках на улице не подогревается.
За десять минут наш хор переоделся и начал потихонечку входить в воду. Зрелище было смешное. Кто-то решил сразу же бултыхнуться в воду и поплыть, кто-то входил потихоньку. Я выбрал первый вариант. Подбежал к краю бассейна, оттолкнулся посильнее и полетел в воду. На самом дне бассейна мой мозг понял, до какого безумия дошёл его хозяин (это — я). Он сразу же дал команду выныривать и бежать согреваться. Такой же инстинкт самосохранения сработал ещё у нескольких мальчиков. У остальных он наверное просто сам собой отключился. Так мы болтались и бултыхались минут двадцать. Потом Вадим Александрович сказал нам вылезать».
Артём Чубарков:
«В кое-то веки мы поехали в аквапарк, и я рад. Выяснилось, что у одного мальчика аллергия на хлорку и если он сглотнёт эту хлорку, то его надо будет вывозить из Германии и везти в Таджикистан лечиться. Не знаю, причём тут Таджикистан. Просто, к слову пришлось».
У многих поколений хористов город Люнебург ассоциируется с игровым центром под названием «Киндерпарадиз». Он находится буквально в нескольких шагах от открытого бассейна и, хотя посещение этого «детского рая» не было нами запланировано, мы, учитывая неудачную попытку посетить аквапарк, решили подарить детям детство. Особенно просили нас об этом упорно не желающие взрослеть юноши. Раньше, приезжая в Люнебург на зимние гастроли, они проводили в «Киндерпарадизе» много счастливых часов.
Алексей Каликсон:
«Первый раз я был в Киндерпарадизе три года назад, во время моей первой поездки на гастроли в Германию. После этого я мечтал побывать здесь снова. И вот, наконец, мечта сбылась.
Здесь мне нравятся батуты. Недавно я научился делать сальто вперёд и возлагал надежды на этот батут. Вскоре подбежали Олег Сафонов и Даня Бочковский. Они сразу же стали наворачивать сальто вперёд и назад. Так же сальто начали делать ещё несколько мальчиков. Вова Макаров умудрился прыгнуть сальто назад. Я был готов прыгать на батуте хоть целый день».
Виталий Никитин:
«После бассейна мы все пошли в Киндерпарадиз. Там было очень хорошо и весело. Основным занятием было — залезать в рот льву и на его нёбо.
Мне понравилась артиллерия. В неё входили четыре воздушные пушки. Аркаша Петушков вставлял в пушку по пять патронов и стрелял в противника».
Павел Потапов:
«Недалеко от бассейна находился Киндерпарадиз, и мы пошли туда. Здесь ничего не изменилось — батуты, горки, аэрохоккей, картинг. Попрыгал, пытался сделать сальто, но чувство самосохранения останавливало меня. Вскоре у меня получился кувырок, но всё же не сальто».
Никита Кузнецов:
«В Киндерпарадизе весело! Я там научился делать сальто на батуте. После Киндерпарадиза мы поехали в Burger King на обед. Потом мы вернулись в Штелле, поужинали и поехали в планетарий на лазерное шоу. На нём я расслабился и отдохнул, а музыка придала позитива и хороших мыслей. Вы только представьте, какое это ощущение, когда вы слушаете музыку, а вокруг вас мелькают космические изображения. А когда ещё вокруг тебя дым, то представляешь, что ты находишься в космосе».
Артём Чубарков:
«Burger King поднялся в моих глазах. Мы поели самую вкусную еду, не считая макарон по-флотски. Они неповторимы.
Вторая половина дня подзарядила меня позитивом. Я увидел и услышал неповторимое! Мы поехали на рок концерт в планетарий. Я думал, что выйдет рок группа и будет играть, но я очень сильно ошибся. Это было лазерное шоу!»
Алексей Каликсон:
«Вечером, после сытного ужина мы поехали в Гамбургский планетарий. Год назад мы были здесь на шоу „Pink Floyd“, а сегодня — на шоу рок музыки. Почти на каждой песне пускали очень сладкий дым. Я долго пытался понять, на что похож этот запах. Пришёл к мысли, что это — запах сладкой ваты или очень сладкой воды».
Виталий Никитин:
«В планетарии было световое шоу под музыку. Там были спирали, завитки. Там было всё. После шоу я понял главное отличие классической музыки от репа, рока и т. д. Рок всё время к чему-то призывает. Например: круши, ломай, разбей!»
В Штелле возвращались чуть позднее обычного. Всю дорогу дети упрашивали Вадима Александровича не играть сегодня на скрипке мелодию отбоя, но не тут-то было. Строго в назначенное время в доме зазвучала уже знакомая, состоящая из пяти нот, мелодия для скрипки без оркестра. После трёхкратного проигрывания маэстро опустил смычок и внезапно услышал то, чего никак не ожидал услышать. Из каждой комнаты раздались бурные аплодисменты. Наших мальчиков всегда отличало потрясающее чувство юмора!
![](/news/img/444/01.jpg)
![](/news/img/444/02.jpg)
![](/news/img/444/04.jpg)
![](/news/img/444/05.jpg)
![](/news/img/444/06.jpg)
![](/news/img/444/09.jpg)
![](/news/img/444/10.jpg)
![](/news/img/444/11.jpg)
![](/news/img/444/12.jpg)
![](/news/img/444/13.jpg)
![](/news/img/444/14.jpg)
![](/news/img/444/15.jpg)
![](/news/img/444/16.jpg)
![](/news/img/444/17.jpg)
![](/news/img/444/18.jpg)
![](/news/img/444/19.jpg)
![](/news/img/444/21.jpg)
![](/news/img/444/22.jpg)
![](/news/img/444/24.jpg)
![](/news/img/444/25.jpg)
![](/news/img/444/26.jpg)
![](/news/img/444/27.jpg)
![](/news/img/444/28.jpg)
![](/news/img/444/30.jpg)
![](/news/img/444/31.jpg)
![](/news/img/444/32.jpg)
![](/news/img/444/33.jpg)
![](/news/img/444/34.jpg)
![](/news/img/444/35.jpg)
![](/news/img/444/36.jpg)
![](/news/img/444/37.jpg)
![](/news/img/444/38.jpg)
![](/news/img/444/39.jpg)
![](/news/img/444/40.jpg)
![](/news/img/444/41.jpg)
![](/news/img/444/42.jpg)
![](/news/img/444/43.jpg)